— А откуда вы знаете, что это пирамида? — подозрительно прищурился молодой орк.

— Мы многое знаем. Последний раз прошу тебя — останови его! Добром прошу. Один-два удара, он потеряет сознание и опоздает к выходу.

Создатель Миров, да старейшины ли это? Никогда до сих пор Храт не слышал, чтобы старейшины, а тем более Хранитель Очага, предлагали кому-нибудь совершить подлость. Или предлагали, но об этом никто не знал? Тоже возможно. Как узнать правду? Откуда-то из глубин души поднималось отчаяние. Ну не мог он, не мог предать брата! Невозможно это! Как же они не понимают? Да после такого поступка только глотку себе распороть... Нельзя после такого жить! Нельзя! Храт едва не плакал, с надеждой всматриваясь в лица старейшин. Увы, в их глазах горела непреклонность. Он опустил голову, руки тряслись.

— Ты предпочитаешь изгнание? — голос Хранителя Очага скрежетал. — Вместо того чтобы перед тобой преклонялись твои сородичи? Выбирай, Храт Сломанный Клык. Ты уже взрослый, имей смелость нести ответственность за собственный выбор.

— Я не предам кровного брата... — мертвым голосом ответил молодой орк. — Не предам.

— Ты выбрал, — презрительно скривился старик. — С этого момента ты больше не принадлежишь к народу урук-хай. Ты изгнан! Не советую появляться в Рурк-Дхаладе, даже твой ранг посла не спасет тебя от справедливого возмездия.

— Там посмотрим! — Храт не заметил, что его глаза стали алыми от ярости, в руках сами по себе появились того же цвета картаги. — Меня не так просто убить! Не верю вам, не могли старейшины моего народа предложить мне совершить подлость!

— Угрожаешь? — Хранитель Очага насмешливо оскалил клыки, однако в его глазах, устремленных на пылающие алым огнем мечи, виден был откровенный страх. — Убирайся, предатель!

У Храта на мгновение закружилась голова, и он оказался совсем не там, где был только что...

В глазах темнело, ноги подкашивались, рана на боку болела так, что Энет едва сдерживался, чтобы не заплакать. После неожиданного падения в яму с кольями ему стало совсем плохо. Сейчас юный граф использовал последние резервы жизненных сил, не представляя, как станет драться, если придется. От стрел он еще кое-как отбивался, да и то не от всех, две или три торчали в спине, вонзившись, по счастью, неглубоко. Но оптимизма новые раны не добавили. Отнюдь.

Впереди показалось пятно света. Энет остановился, с недоумением посмотрев туда.